Иван Дарумов «Экспансия» творческий вечер

Я ощущаю себя космическим бродягой, странником по мирам, не желающим привязываться к постоянно меняющимся человеческим формам и оболочкам.

Я – человек мира, стремящийся разглядеть в каждом высшее Присутствие, той Силы Сил, что всегда обитает в нас вне времени и пространства и представляется мне огромным и чистым неугасимым солнцем, центр которого находится в человеческом сердце, главной обители Бога, который есть Любовь, Радость и Свет.

В человеческой жизни для меня важна мистерия великого космического Преображения зверочеловека, человека потенциально разумного, но в целом спящего разумом, в Богочеловека, осознающего свою царственную силу и власть и несущего свой пробуждённый свет по всему миру от человека к человеку, день за днём. Само слово «Мистерия» для меня является ключевым и краеугольным, ибо сама жизнь человеческая воспринимается мною не как трагедия или комедия, но именно как величайшая Мистерия, Таинство, смысл которого на земле можно лишь предугадывать, но не познать до конца.
Наверное, обо всём этом я и пишу…

ЭКСПАНСИЯ

Экспансия Твоей нептуновой звезды.
Пощады не прошу,
Праща Твоя щедрее.
Застигнут до бровей, до кончиков седых,
Височных, как маршрут
Метельного Борея.

Экспансия Твоих пирамидальных слов,
Как древо по глазам,
Исхлещется ветвями.
Но крайности Твои – неодолимый зов,
Магнитный, к небесам,
Поправшим кровь и камень.

Экспансия Твоих семи координат,
Единых, как мостом
Повенчанные губы
Береговых двоих сплетенных доминант,
Прорвавшихся в исток
Из замкнутого куба.

Экспансия – экстаз глаголящих миров,
Словами не вкусив
Телесность откровений.
Экспансия — звезда Твоих колоколов,
Стозвоном оросив
Поля моих томлений…

ЭТО МОМЕНТ

Момент ускользания смысла, момент одичанья
От точки до точки, с седьмою снимаем печатью.
Снедаем горением губ, что как в губку впитали
Слова и безмолвия, жар ненасытный витальный.

Кремень высекает молитву в момент умиранья.
Умри, ветхий кукольник, в пятом углу мирозданья.
Проснись, трепыхаясь, меж ярыми сверху и снизу.
Святая тебе предстоит окрылённая близость.

Всё это не ты, одичалый, – и вовсе не страшно.
Момент окровавленной вечности в охру окрашен,
Когда от воды до огня избавляешься взмахом
За гранью любой мишуры, за последнею плахой…

И это момент ускользания, минус томленья
По братьям крыла, убелённого кукольным пленом,
Когда от касанья пера между бездной и бездной
Восходит, ликуя, Уран во отцовстве воскресном…

ФИЛИН УХНУЛ

Уйди…. Отвыкни…. Сгинь!.. Считай круги…
Душа – чечёткой полой – не наполнишь…
На тридесятый день, в глухую полночь –
Вернись, вернись…. И думать не моги…

Зелёный пыл у лета из глазниц
Дави, дави, и золотом осыпься
У ног моих, сухотой горьких высей,
Перепелами, вётлами ресниц…

Кленовый огнь падучим — не подстать:
Упрям, живуч и языком болтает.
А ты вернёшься…. За семью вратами
Уж филин ухнул с чистого листа…

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх